В товарищеских матчах в свои почти девять лет Франц играл, как правило, левым крайним нападающим. Большинство его сверстников были «одноногими». Кто-то предпочитал играть левой ногой, кто-то правой.

Францу же было абсолютно все равно, какой ногой играть, главное — подольше не расставаться с мячом.
«Именно мое страстное увлечение футболом объясняет тот факт, что я никогда не был особенно хорошим учеником. Но именно футболу я обязан тем, что в моих свидетельствах об успеваемости никогда не было оценок ниже «тройки», — со скромной гордостью вспоминал Беккенбауэр о том, как ему удавалось в детстве совмещать учебу в школе и игру в футбол на уже достаточно серьезном уровне».
Соревнований становилось все больше, занятий в школе тоже. Сразу после школы Франц бежал домой, чтобы пообедать и вплотную заняться уроками. Он делал их достаточно быстро и аккуратно именно потому, что помнил: впереди игра или тренировка. Ну, и еще потому, что его одноногий тренер Нойдеккер ценил аккуратность и пунктуальность в футболисте столь же высоко, как и учителя в школьнике.
В 14 лет Франц оставил школу и поступил в качестве ученика в страховую компанию, где был самым молодым и наименее образованным сотрудником.
Впервые он ощутил себя муравьем из термитника, результат деятельности которого не виден никому, в том числе и ему самому. Он посещал курсы, где усердно изучал отличие открытого акционерного общества (ОАО) от общества с ограниченной ответственностью (ООО), но при этом не представлял, как это применить в жизни и куда приведет его этот темный путь. Отец, правда, по-своему успокаивал его, говоря: «Это так у всех поначалу. Но однажды ты поймешь, что благодаря этому ты сможешь обеспечить свою жизнь. Ведь футбол тебя не сможет прокормить, разве только лет на десять активных выступлений».